Однако, идут ли древние мыслители от общества к личности или наоборот, им всегда присущи две общие черты. Во-первых, они всегда, так или иначе, противопоставляют индивида и общество. Даже на Востоке ставится задача воспитания отношения к обществу, т.к. философы сомневаются в том, что человек изначально настроен доброжелательно по отношению к обществу, к другим людям. Во-вторых, они всегда стремятся преподать людям, что нужно делать.

Социальная мысль не объясняет действительное поведение людей, а учит тому, как нужно, должно поступать, чтобы не подвергаться каре, наказанию. Этот нормативно-дидактический подход (дидактика - наука обучения) достиг наивысшего расцвета в трудах средневековых мыслителей.

Прежде всего, речь идет о схоластах (IX - XV в.в.). Это - ранние схоласты Пьер Абеляр, Петр Дамиани; средняя схоластика Фомы Аквинского и Роджера Бэкона; поздняя схоластика Николая Кузанского и Данте. Общее для всех схоластов - принадлежность к определенным школам, по-своему объясняющим те универсалии, на которых держится вся древняя и средневековая философия. Споря между собой, школы опирались не на факты, а на авторитеты, и, прежде всего религиозные догмы. Обсуждение всех вопросов сводилось к размышлениям о том, что подразумевается под тем или иным положением Библии или Корана.

Таким образом, схоластика доводила до предела морализм древней философии: важно не то, что есть, а то, что должно быть. Эпоха Возрождения означала поворот от авторитета Бога к авторитету человека. Здесь уже приходилось идти от действительности, фактов к идеалу.

Типичным представителем этого периода развития общественной мысли был, например, Никколо Макиавелли (1469-1527). Он строит свои взгляды на критике реально существующего общества Италии эпохи Возрождения. Это общество Макиавелли сравнивает не с каким-то идеалом, а с более развитыми обществами того времени. Вопрос не в том, что итальянское общество не соответствует догмам, а в том, что оно не способно обеспечивать защиту интересов итальянцев.

Это - новый подход. Но, говоря о желаемых изменениях, Макиавелли апеллирует не к логике, и не к тенденциям общественного развития. Как и схоласты, он взывает к авторитету, хотя и не Бога, а древнеримского мыслителя Тита Ливия. У него Макиавелли ищет правила социального поведения, способные обеспечить расцвет общества.

Таким образом, и у Макиавелли проявляется типичный для данной стадии становления социологии нормативно-дидактический подход.